Карл Кори (karhu53) wrote,
Карл Кори
karhu53

Categories:

Судебные поединки: по пояс в яме и с бараньим рогом в руках




В стародавние времена проблема жестокого спора и недопонимания часто решалась во время судебного поединка. В различные эпохи все это принимало разные формы: от соревнования в красноречии до драк на бараньих ногах и рогах. Мы решили разобраться в том, как именно насилие помогало в судебных разбирательствах и разрешении конфликтов.

разрешении конфликтов.


Судебный поединок — это способ решения судебной тяжбы с помощью старой-доброй драки, так что прав оказывался тот, кто выигрывал в сражении. Разумеется, люди тех лет понимали, что это не самый объективный способ установить виновного, но в условиях Древнего Мира и Средневековья быстрые и простые решения ценились больше, чем сейчас. В общем, простой мордобой, где можно было уповать на физическую силу и богов, казался компромиссным и удачным решением. Судебный поединок назначался в случае следующих преступлений: убийство, измена, ересь, дезертирство, «лишение свободы», лжесвидетельство / мошенничество и изнасилование.


Сразу же стоит оговориться: хотя судебный поединок и дуэль похожи, они имеют серьезное различие. Дуэли проходили вдали от людских глаз, без извещения правительства и, так или иначе, по согласию обеих сторон. Судебная же битва проводилась при максимальном скоплении народа, и ответчик привлекался по решению суда; никаких претензий после ее завершения предъявлять было уже нельзя, как нельзя было противиться божьей воле.

Судебные поединки у разных народов

Судебные поединки практиковались как минимум у викингов, германцев, британцев, французов и на Руси. Везде были локальные различия, но в целом правила были схожи. После принесения клятв о честности оба сражающихся должны были сойтись в драке при скоплении сограждан и должностных лиц. Все происходило на поле диаметром около 18 метров и, кроме того, между полем и зрителями должно было оставаться некоторое расстояние. Делалось это не для безопасности обывателей, а для того, чтобы колдуны или ведьмы, если они окажутся в толпе, не смогли повлиять не исход боя. Считалось, что мощные чары мгновенно работают только вблизи.


главное орудие философии

Оружие было регламентировано: к примеру, в Швабии сражались строго со щитом и мечом, а во Франконии со щитом и булавой, в то время как в Новгороде дралисьрогатинами или дубинами. Проигрывал, кстати, не только тот, кто погиб или вырубился, но и тот, кто трижды коснулся земли оружием или рукой. Кроме того, защитная экипировка тоже обговаривалась в законах: как правило, сражаться полагалось в кожаной броне или доспехах из стеганой ткани.


Женщинам также не запрещалось участвовать в судебных поединках, но там правила были еще подробнее и жестче. Сражающейся давали фору, если она билась с мужчиной: он начинал драку, стоя по пояс в яме, и не имел права из нее выбраться. Битва считалась выигранной, если мужчине получалось затащить противницу в яму или же если ей удавалось вытащить его из ямы. Кроме очевидного окончания драки в виде убийства, конечно.

По итогам такого поединка побежденному мужчине отрубали голову, а женщине — руку.


Более цивилизованная версия судебного поединка существовала в Древнем Риме. Там подсудимый и сторона обвинения были обязаны выступать в суде сами, без всяких прокуроров и адвокатов. Как правило, победа больше зависела от красноречия сторон, а не правоты как таковой. Лучшим началом карьеры для молодого римлянина была победа в суде, поэтому достигнув совершеннолетия многие юнцы тут же рвались обвинить кого бы ты ни было по любой причине. Римляне считали это благим делом и любили, когда «породистые щенки травят нарушителей закона».

как выяснить отношения

История одного конфликта
Как это обычно бывает, в истории не всё было так серьезно. К примеру, до нас дошла запись о судебном разбирательстве неких Томаса Уайтхорна и Джеймса Фишера. В качестве оружия им были предложены не мечи или булавы, а обычные бараньи рога.


Оба они попытались убить друг друга тем, что предложил суд, но рога быстро сломались, и противники решили попросту загрызть друг друга насмерть.


Вдруг Уайтхорн изловчился и, повалив Фишера на землю, укусил его за причинное место, от чего тот неистово закричал.


Но затем Фишер нанёс ответный удар и сам укусил противника за нос, после чего надавил ему на глаз большим пальцем.


Несчастный Уайтхорн взмолился о пощаде, во всем сознался и вскоре был повешен. Фишер же по неведомой причине покинул город, ушел в лес и стал отшельником.

Дуэль всегда вызывает ассоциации с чем-то благородным, напоенным романтизмом эпохи копья и меча или шпаги и кинжала. А уж смерть в таком поединке всегда выглядит возвышенной, и герой отходит в мир иной с красивой фразой на устах. Но, реальность выглядит далеко не так красиво, как наши представления. У истории дуэлей множество мрачных, грязных, а иногда и откровенно глупых страниц. Вот по последним мы и хотим пройтись, рассмотрев шесть смертей в поединках, которые выглядят верхом идиотизма.

Первая Дуэль
Алонсо де Сотомайор зарублен за то, что был плохим военнопленным

Для начала окунемся в самый конец благородной эпохи рыцарства, где глупость стала причиной гибели испанского дворянина Алонсо де Сотомайора. В 1503 годы французский король Людовик XII воевал с испанским королем. Во время очередной битвы один рыцарь по имени Пьер Террайль де Байард, известный всем своим мирным нравом и благородством, пленил командующего отряда испанцев — Алонсо де Сотомайора. Как и полагалось, он проявил к нему все свое положительное отношение: предложил пользоваться всеми удобствами собственного замка, позволил гулять во дворе, и не запирал ни на минуту, взяв лишь слово дворянина, что тот не сбежит, а дождется выкупа.

И тут испанец проявляет первую глупость — нарушает слово, бежит, но тут же попадается слугам Байарда. Тут уж рыцарь, журя испанца за нарушение слова, запирает его в комнате, при этом продолжая кормить и поить, и ни в чем больше не притесняя.


После получения выкупа испанец, оказавшийся в лагере своих войск, делает вторую глупость. Слегка перепив, он заявляет во всеуслышание, что с ним обращались в плену не слишком-то благородно. Естественно, такая тема для сплетен тут же была подхвачена, награждена кучей выдуманных подробностей и благородного Байарда всем лагерем склоняли на словах и так и эдак несколько дней. Об этом ему не преминул сообщить один плененный испанцами, но освобожденный француз.

Тут благородный рыцарь уже вышел из себя и прислал вызов испанцу. Состоялся пеший поединок на эстоках и кинжалах, в котором Байард лихо расправился с Алонсо де Сотомайором, пробив испанцу горло. А ведь стоило всего лишь проявить благородство — сдержать слово, а потом держать язык за зубами — и, возможно, много лет еще пил бы свое испанское вино в окружении чернооких дев.

Вторая Дуэль
Подлый недоросль побеждает благородного капитана

Следующая история переносит нас в эпоху рапир, в XVI век. При дворе Франциска Второго служил опытный капитан Матас, герой битв и поединков. И там же отирался молодой задира по имени Ашон, который каким-то образом достал капитана и был им вызван на дуэль. Во время поединка выяснилось, что неумелый Ашон опытному капитану не соперник, и тот решил его пожалеть, всего лишь выбив из рук шпагу. Он обратился к юнцу со словами: «Хватит с вас! Впредь не задирайте людей благородных и более опытных!». И тут Матас делает последнюю в своей жизни глупость: не отобрав шпаги, он поворачивается спиной к побежденному, чем тот и пользуется — поднимает оружие с земли и закалывает Матаса.

Король Филипп, узнав о смерти любимого капитана, был чертовски зол, но в основном на него самого, ведь по дуэльному этикету тех времен, если дворянин не желал убивать противника, он должен был оставить его на поле в безопасном состоянии — без оружия и с проткнутыми руками и ногами. Знающие люди советовали еще и оставить на лице побежденного уродливый шрам, чтобы издалека было видно глупца. Так нелепая самоуверенность и неуместное благородство лишили жизни полезного королю человека.

Третья дуэль
В которой дворянин погибает, боясь разочаровать праздных зевак

Следующая дуэль — пример подлости одного и глупости другого. В Париже, в 1579 году состоялась дуэль между молодым месье де Сурдиаком и его бывшим охранником, более опытным в бою месье де Шасне-Лалье. До Сурдиака дошли слухи о том, что его бывший охранник плохо о нем отзывается, и он вызвал Шасне-Лалье на дуэль. Слухи о таком бесплатном развлечении распространились быстро. В итоге, когда они сошлись для поединка на острове посреди Сены, вокруг, на берегах, собралась целая толпа любопытных зрителей.

Де Сурдиак спрашивает, правда ли, что Шасне-Лалье говорит о нем гадости. Тот клянется, что это ложь. Сурдиак удовлетворен и предлагает помириться. Но тут Шасне-Лалье делает глупость, заявляя: «Нет уж, я так долго сюда добирался, да и столько народу собралось на нас поглядеть, не стоит их разочаровывать, ведь мы можем потерять в своей репутации!».

Начинается поединок, и почти сразу более опытный бывший охранник наносит Сурдиаку удар в грудь. Но ничего не происходит! Клинок отскакивает от тела. «Подлец!» — кричит Шасне-Лалье, — ты надел доспех, но я достану тебя по-другому!». После чего он начинает метиться в горло сопернику, почти достает его, но получает удар в корпус и погибает.


Конечно, Сурдиак — тот еще подлец, ведь он надел доспех под рубашку, что запрещалось негласными правилами дуэлей. Но, Шасне-Лалье — глупец, ведь, проигнорировав предложение о мире, он решил драться просто для того, чтобы не разочаровать зевак. И даже выяснив, что противник в доспехе, он решил, что ему достанет мастерства победить и так. По хорошему он должен был призвать на помощь секундантов, которые как раз для таких случаев и нужны изначально. В их обязанности входило наблюдение за равенством возможностей в дуэли.

Четвертая дуэль
О том, как благородный дон в одиночку может заколоть четверых зарвавшихся солдафонов

Следующая история происходила во времена царствования императора Карла V в Милане. Был там некий благородный граф Клаудио, известный своим благонравием и умением фехтовать. Однажды, прогуливаясь по лесу, он застал четырех солдат за явным намерением подраться двое надвое и решил их помирить. Спешившись и обратившись к ним с примирительными речами, он в ответ услышал пожелание не лезть не в свое дело и идти своей дорогой, на что тут же выхватил шпагу.

Самое интересное, что фатальную глупость совершил не он, а солдаты, которые решили, что вчетвером легко расправятся с одиноким противником, а затем вернутся к своей ссоре. Успокоились они лишь когда на земле лежали все четверо: три мертвеца и один жестоко израненный, которого впоследствии граф Клаудио выходил и сделал своим слугой. Вот так глупость и мысль о том, что количество — заведомо важнее качества, стоила жизни трем итальянским солдатам.

Пятая Дуэль
«Дуэль миньонов» — самая глупая и жестокая резня

Но, конечно, апофеозом глупости является тройная дуэль, произошедшая в период царствования Генриха III, более известная как «дуэль миньонов», и увековеченная с искажениями в произведении А.Дюма «Графиня де Монсоро». Миньоны — это фавориты Генриха, с которыми он проводил большое количество времени, поэтому в народе их и прозвали «милашки» Его Величества, а по-французски — миньоны.

Так случилось, что один из них, граф де Келюс застал свою возлюбленную с бароном д’Антрагом, по прозвищу «Антрагет». Разумеется, все не могло окончиться ничем, кроме как дракой. Каждый привел с собой двоих секундантов. Килюс — Можирона и Ливаро, таких же миньонов. А Антрагет — Шомберга и Рибейрака.

И вот, по давней традиции секундантов, Рибейрак обращается к Можирону с предложением помирить дуэлянтов. На что тот отвечает: «Бог с вами, Рибейрак! Я сюда пришел не серенады петь, а драться, и именно этим я и собираюсь заняться!» Удивленный Рибейрак недоумевает:«Можирон, да с кем вы тут собираетесь драться? Лично вы не замешаны в ссоре, да и здесь нет никого, кто был бы о вас дурного мнения!». На это он получает ответ: «А вот с вами, любезный, и буду драться!». Тут уже не выдерживает миролюбие Рибейрака, и он, вознеся молитву, вступает в поединок, причем тут же закалывает Можирона, попутно натыкаясь на его шпагу и погибая.

В это время оказывается, что Келюс взял на дуэль только шпагу, хотя оговоренное оружие — шпага и кинжал. Но Антрагет отказывается выбросить свой кинжал, и, получив преимущество, закалывает Келюса.

Наблюдая за этим всем, Шомберг обращается к Ливаро: «Дерутся уже четверо, что же нам делать?», — подразумевая, что по этикету они, как секунданты, должны разнять дерущихся. Ответ разгоряченного кровью Ливаро его ошарашивает: «Значит, и мы должны драться, во имя нашей чести!». Начинается еще одна дуэль, в которой Шомберг, начисто срезав щеку противнику, погибает от удара в грудь.


Итог: из-за глупой ссоры и такого же идиотского поведения погибает четыре человека, трое из которых вообще не причастны к изначальному конфликту. Ливаро остается обезображен и, лишившись милости короля, погибает в другой дуэли. А Антрагет убегает из страны, понимая, что, попадись он мстительному Генриху, тот укоротит его на голову.

Шестая дуэль
История о двух лучших друзьях, которые решили прирезать друг друга, но все равно остались лучшими друзьями

Ну, и как вишенка на торте, рассказ о дуэли двух лучших друзей, английских джентльменов по имени Генри Белассес и Том Портер. Обедая у некоего сэра в 1667 году, они слегка перепили, и Генри стал на повышенных тонах что-то настойчиво советовать Тому. На это, люди, сидящие рядом за столом, начинают вопрошать: «Неужели два джентльмена, известные своей нерушимой дружбой, ссорятся?».

Подвыпивший Генри заявляет: «Да будет вам известно, я никогда не ссорюсь, я сразу бью, имейте это в виду!». На что, такой же нетрезвый Том тут же отвечает: «А ну-ка, ударьте-ка! Хотел бы я посмотреть, кто во всей Англии посмеет меня ударить!». И тут же получает от Генри по уху. Начинается драка, но их растаскивают.

В этот же день Том останавливает карету Генри и истинно по-дружески вызывает его на дуэль, мотивируя это тем, что завтра он уже протрезвеет, и они помирятся, а удар останется неотомщенным. Оба сэра дерутся, и Генри получает смертельное ранение, отчего вскоре умирает. При этом оба мирятся и прощают друг друга, оставшись добрыми друзьями даже после того, как один прирезал друг друга словно свинью.

У Самуэля Пеписа, из чьих воспоминаний известна история этой дуэли, есть такая запись, отлично характеризующая всю эту ситуацию:

«Сэр Генри Белассес умер от раны, полученной десять дней назад на дуэли с Томом Портером. Теперь их все называют парой дураков, подравшихся из-за любви друг к другу».


Глядя на все эти смерти, понимаешь, что, хоть и многое зависит от обстоятельств, однако часто люди сами находят свою смерть, да еще и, казалось бы, на пустом месте. И если бы премия Дарвина выдавалась тогда, наши герои обязательно были бы ей удостоены.



Кровавая битва, в которой дворяне сражаются за любовь ангорской кошки, потасовка в борделе, которую именуют «дуэлью» только по недоразумению, сражение «единорогов», когда бойцы пытаются заклевать друг друга металлическими клювами на головах — Отвратительные мужики собрали для вас самые нелепые дуэли в истории. Речь, правда, только о тех, в которых использовалось холодное оружие — мечи, рапиры и женские ногти.


История первая
Дуэль из-за ангорской кошки
Во времена правления всесильного временщика герцога Филиппа II Орлеанского, два гвардейца смертельно поссорились из-за некой красавицы и решили выяснить отношения на живописной набережной при десятках свидетелей. Проблема в том, что все это случилось прямо под окнами королевского дворца. Сражались храбро, проявляя настоящие чудеса фехтования, пока один из них все-таки не ранил другого и дуэль не прекратилась.

Филипп Орлеанский, ставший невольным свидетелем скандала, был чертовски зол — хулиганы своими криками испортили ему званый вечер. Когда обоих привели к герцогу, тот распорядился показать ему ту красавицу, ради любви которой так яростно сражались эти молодые люди.


Когда она предстала перед глазами Филиппа Орлеанского, тот потерял дар речи — вспыльчивые сыны дворянских семей дрались насмерть из-за невероятно красивой ангорской кошки. Просто кошки! В итоге в наказание оба были арестованы на две недели и переведены в иные полки. А герцог распорядился в следующий раз по такому глупому поводу пускать в ход кулаки, но никак не холодное оружие.

История вторая
Грязная драка в борделе, которую назвали «дуэлью» только из страха перед правителем

Филипп II Орлеанский

Надо сказать, что упомянутый Филипп Орлеанский отличался не только временным всевластием при малолетнем короле, но и безудержной похотью. Поэтому он не пропускал ни одной юбки, а когда ему было совсем скучно, пускался инкогнито на поиски приключений. Причем для этого у него был собственный духовник, аббат Дюбуа, который едва ли наставлял своего духовного сына в благодеяниях. Вместо этого священник договаривался о досуге и занимался поиском новых куртизанок для герцога.

Однажды приступ желания поразвлечься у Филиппа случился настолько неожиданно, что преосвященный сводник не успел вызвать констеблей для охраны, и герцог отправился в лучший бордель Парижа в компании лишь молодого пажа и самого Дюбуа. Хозяйка дома терпимости, разумеется, тут же выгнала всех страждущих и заперла двери, предоставив всех девочек исключительно благороднейшим клиентам.

На беду, мимо проходили трое дворян, которым захотелось скрасить скучный вечер в том же заведении. Когда они в недоумении обнаружили запертые двери, то в ярости выбили их и набросились на наглецов, которые так беспардонно оккупировали их любимый вертеп. И быть бы беде, если бы юный паж не оказался столь храбр, что в одиночку набросился со шпагой на наглецов. Одного он проткнул сразу, а других отгонял своими бешеными выпадами.


Аббат Гийом Дюбуа

Аббат Дюбуа, даром что божий человек, вместо того, чтобы достать шпагу (которая у него, кстати, имелась) бухнулся на колени и начал молить о пощаде. Только представьте себе картину: визжат полуголые девицы, вопит, стоя на коленях, в буквальном смысле обгадившийся от страха аббат, а рядом, над окровавленным телом, безусый подросток машет шпагой как ветряная мельница. Пастораль завершает фигура правителя страны, который в чем мать родила угрожает карами ада. Вечеринка однозначно удалась!

К счастью, после ранения одного из нападавших, дебоширов удалось угомонить. Когда до них дошло, на кого они подняли руку, те побледнели от ужаса, во всех красках представив себя на эшафоте. К счастью, они были отпущены с миром и клятвой держать язык за зубами, которую, как мы понимаем из самого факта существования этой истории, они явно не сдержали.

История третья
Дуэль, окончившаяся пинками по заднице
То, что коучинг — опасное занятие, было известно еще в Средние века. Но если ты — итальянский тренер по фехтованию в Англии и учишь местных неотесанных мужланов благородному искусству фехтования, это опасно вдвойне. Особенно если сам, как и многие современные тренера-коучи, ничего не понимаешь в том, что преподаешь.


Некий итальянский синьор Рокко обучал англичан искусству боя на рапирах и двуручных мечах и был известен как своим бахвальством, так и оскорбительными замечаниями в сторону собственных подопечных. Видимо, он настолько допек одного из них, некоего Остина Бэггера, что тот пришел к тренеру под окна дома и прилюдно вызвал на поединок.

Синьор Рокко был не робкого десятка и, схватив двуручник, выбежал на улицу. К несчастью, при переизбытке храбрости, ему не хватило собственного хваленого умения. Практически сразу он был свален на землю, рублен мечом по ягодицам и пребольно бит по заду тяжелым английским сапогом.

Но даже унижения и тумаки от Остина Бэггера не образумили синьора Рокко. Немногим позже этих событий он умудрился поссориться с местным лодочником и напал на безоружного с рапирой. Тот сам оказался лихим малым, выхватил весло и надавал им по бестолковой голове итальянца. Но и на этом его страдания не закончились: набежавшие друзья лодочника избили неудачливого тренера лавками. Позор на века!

История четвертая
Настоящая «Санта-Барбара» в мире дуэлей

Если ты распускаешь слухи о ком-то, обвиняя его в трусости — будь готов к тому, что тебя призовут к ответу. Как, например, случилось с некими итальянскими дворянами — сиром де Сарзе и сиром де Веньером.

В 1537 году, во времена царствования Франциска I, некий сир де Сарзе начал распускать слухи про сира де ла Тура, обвиняя его в том, что тот трусливо бежал в битве при Павии, бросив своего короля. А когда сплетника прижали к стенке, попытался перевести стрелки на сира де Гокура, мол он сказал такое, но тот выкрутился, заявив что Сарзе сам ему бахвалился, что слышал о трусости ла Тура от сира де Веньера. Когда же призвали к ответу того, он тут же назвал Сарзе лжецом, чем вынудил вызвать себя на дуэль.

Ситуация, как видите, прескверная. Если вы не смогли разобраться в ней — ничего страшного, это вообще мало кому удалось.


Надо заметить, что все трое благородных сплетников даже не участвовали в той самой битве, отсидевшись под разными предлогами в своих имениях. Взбешенный малодушием и ябедами своих подданных, король назначил время поединка — пусть эти идиоты просто поубивают друг друга.

Согласно правилам, вызванный на дуэль имеет право решить, на чем и с каким снаряжением оба спорщика будут драться. Однако де Веньер пошел на хитрость и выбрал оружие так, чтобы превратить битву в фарс и защитить свою драгоценную жизнь. Снаряжение было обычным: латы для защиты живота и бедер, кольчужные рукава, стальные перчатки для рук и шлем-морион. А вот оружие удивило многих: парные рапиры, то есть, грубо говоря, по полноценному мечу в каждой руке. Слишком уж специфическое оружие.

Ставка на абсурд была сделана верно: оба дуэлянта попросту не умели драться на парных рапирах. Битва, превратившаяся в неуклюжие кривляния на ристалище, так взбесила Франциска, что он в раздражении бросил свой жезл на поле, таким образом прекратив поединок. Так оба глупца покрыли себя несмываемым позором и навсегда вошли в историю как скандалисты и пустомели.

История пятая
История о самом самоубийственном виде дуэли, которая случилась из-за глупости слуг

Так уж получилось, что два дворянина, шестидесятилетний сир де ла Роке и молодой д’Аллемань, получили совместное управление несколькими деревнями. И, конечно, это не могло не привести к противоречиям и ссоре. А началось все с их вредных управляющих, которые поругались на пустом месте, наябедничав господам друг на друга как малые дети.

Последствия не заставили себя долго ждать. Молодой сир д’Аллемань, встретив истошно вопящего управляющего сира де ла Роке, пообещал выбить ему зубы, если тот будет притеснять его слугу. И, конечно, управляющий пожаловался сиру де ла Роке, от себя добавив, что д’Аллемань обещал выбить зубы не только ему, но и самому сеньору.


Пожилой лорд (у которого и так осталось не слишком много зубов) не стерпел оскорбления и вызвал молодого на поединок, хотя тот и попытался примириться. При этом «дедушка» настоял на особом поединке на кинжалах — едва ли не самом варварском способе выяснить отношения, который придумало человечество. Суть этой дуэли такова: два человека крепко держат друг друга за левую руку, а правую используют для того, чтобы наносить удары кинжалом. Выглядит все как наиболее верный способ погибнуть обоим сразу. Собственно говоря, так и вышло.

Всего несколько секунд дуэли — и оба бойца получили раны, несовместимые с жизнью. Следуя самоубийственному кодексу тех лет, секунданты тоже бросились убивать друг друга. Только увещевания умирающего д’Аллемана предотвратили дальнейшее смертоубийство. Однако оба секунданта уже успели тяжело ранить друг друга и тоже едва не отдали Богу душу. Вот так из-за двух слуг, вопящих как базарные бабы, на пустом месте образовалось два мертвеца и два калеки.

История шестая
Дуэль единорогов — или как правильно драться с привязанным к голове оружием

Поссорились как-то два горячих корсиканских парня, по совместительству являвшихся сослуживцами. И, естественно, один вызвал другого на дуэль. Вызванный оказался ушлым парнем. Пользуясь правом выбора оружия и опасаясь противника (который был известным борцом), он принял весьма экстравагантное решение.

Сам по себе набор защиты и оружия не вызывал особых вопросов: кольчуга без рукавов и шлем-морион в качестве защиты; шпага и кинжал в качестве средств нападения. Но хитрец потребовал, чтобы кинжал был непременно прикреплен к шлему на манер единорога. И вот два таких сказочных существа, с рогом,торчащим изо лба, сошлись в поединке.

Так как фехтовали они примерно одинаково, вскоре борец полез в ближний бой и уронил противника, сломав при этом себе руку. Тот не растерялся и начал клевать оппонента. Так они и катались по земле, пытаясь энергично заклевать друг друга, как сумасшедшие курицы, пока не изрезали лица и руки и их не растащили сердобольные товарищи. В итоге все закончилось полюбовной ничьей, хотя оба спорщика оказались изуродованы и стали посмешищем.

История седьмая
В которой дамы устраивают дуэль на ногтях
Женские дуэли были не так уж и редки, и чаще всего они полны трагизма. Но вот к началу XX века измельчали не только мужчины, но и трагедии, превратившись в фарс. Примером такого фиглярства стала дуэль писательницы Жорж Санд за внимание знаменитого композитора Ференца Листа с его возлюбленной, графиней Марией д’Агу. Графиня приревновала Жорж и вызвала соперницу на дуэль. При этом битва непременно должна была состояться на ногтях.


Жорж Санд

Дамы пришли в дом к композитору, видимо чтобы «подлец» знал, из-за кого весь сыр-бор, заперлись в комнате и начали драть друг другу волосы и полосовать лица остро отточенными ногтями. Неизвестно, насколько сильно они друг друга травмировали, но после закончившейся вничью драки, Жорж Санд решила прекратить дружбу с Листом. Очевидно, потому-что оно того не стоило.

В дуэлях есть место храбрости, мужеству, стойкости, а также подлости и обману, крови и трагедии. Но, как мы убедились из этих историй, природа людей такова, что они даже в вопрос жизни и смерти способны привнести немалую долю идиотизма.
https://disgustingmen.com
https://vitkvv2017.livejournal.com/5757773.html
Subscribe
promo karhu53 april 26, 2013 01:35 5
Buy for 20 tokens
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments