Карл Кори (karhu53) wrote,
Карл Кори
karhu53

Categories:

Голод в КНДР 1995-97 гг. Как, когда и почему поход стал «трудным»?

Голод в КНДР 1995-97 гг. Как, когда и почему поход стал «трудным»?

Последствия наводнения в уезде Унпа, Хванхэ-Пукто.

Голод в ХХ веке был делом относительно обычным, но когда речь идёт о самом конце столетия, такой факт вызывает не то, что некоторую настороженность, но даже ужас у всякого здравомыслящего человека. Отсюда и популярный вопрос, который изрядно набил оскомину всякому рядовому человеку, который что-нибудь, да знает о Корее, не говоря уж о специалистах-корееведах. Разумеется, речь идёт о голоде 1990-х годов в КНДР - самой крупной социальной катастрофе в истории Северной Кореи.

В массовом сознании, сие прискорбное событие часто воспринимается как объективное следствие инкомпетентности пхеньянского режима. Но, почему-то, никто не задумывается, почему во времена менее благополучного для всего человечества начала эскалации противостояния двух систем, именуемого Холодной войной, подобная гуманитарная катастрофа случилась при, фактически, том же режиме лишь после Корейской войны, которая натурально не оставила от страны практически ничего.

Следует внести ясность: мы должны понимать, что более плачевные итоги, свидетельствуют о более весомых или многочисленных причинах. В нашем случае - это целый комплекс различных событий, которые возымели в результате отрицательные последствия, которые навалились в одночасье на страну, вызвав катастрофическую ситуацию.


Уезд Унпа, Хванхэ-Пукто. Бетонные куски моста.

1990-е годы вообще сладкими не были ни для кого: Центральная Европа оказалась на сломе двух систем и падения социалистических режимов в 89-м сопровождались кровью, насилием, и конечно же, экономическими неурядицами. Наша же страна спустя два года развалилась, будучи уничтоженной изнутри. Для Северной Кореи это стало настоящим ударом: «чучхе» было скорее идеологическим принципом, нежели руководящей идеей, что, в целом, здраво - неразумно пытаться создавать автаркию в стране, где толком нет ни ресурсов, ни пахотных земель. В этой связи, экономика КНДР очень плотно приросла к экономике СССР и, в меньшей мере, ОВД и Китая, реализуя, таким образом, принцип мануфактуры, используя свою промышленность для выполнения конкретных функций в едином цикле торговых и финансовых операций социалистического блока. В результате этого промышленность КНДР остановилась, финансовые вливания прекратились, а объём торговых трансакций упал до критически низкого уровня.

Финансовый резерв был практически опустошён: в ответ на ОИ-1988, проведённые в Сеуле, как вишенка на торте преображения восточноазиатской Нигерии в «азиатского тигра», руководство КНДР закатило ответную пирушку – борьбу пропаганд никто не отменял. Устроенный годом позже действительно на высшем уровне Международный фестиваль молодёжи и студенчества, сопровождавшийся новыми эпичными архитектурными проектами (пирамидообразная гостиница «Рюгён», кстати, именно оттуда взялась) высосал действительно огромное количество финансов и, как оказалось, очень некстати.


Сравнённая, в буквальном смысле, с землёй деревенская школа. Уезд Унпа, Хванхэ-Пукто.

Северная Корея обладает достаточно большой территорией, но, как я ранее неоднократно писал на "Записках", всё бы ничего, если бы 77% её земель не составляли горы, оставляя, таким образом, лишь по 0,12 га пахотных земель на каждого гражданина, коих в КНДР начисляется 24 млн. человек. Сейчас правительство Чонын-вана (зачёркнуто) Ким Чен Ына активно вводит хай-тек в сферу сельского хозяйства, приспосабливая под него территории, на которые при других обстоятельствах никто бы и смотреть не думал, но тогда выкручивались более традиционным для всей Азии способом - активно использовалось террасное земеледелие. Да-да, те самые "ступенечки-водоёмы" для риса, которые вы наверняка видели в Китае, Японии, Вьетнаме, Малайзии, Филиппинах и других странах Восточной Азии, вынужденно использовались и в КНДР.

Но это была лишь увертюра. 26 июня 1995, через 45 лет и 1 день после начала первой тотальной катастрофы индустриальной Кореи, началась вторая: пошли страшные проливные дожди – более полуметра осадков только за первые 10 дней. Уже догадались, чем закончилось не так ли? Развалилось множество террас, грунт перестал поддерживаться, пошли оползни, дороги оказались перекрыты, вода, в которой должен был расти рис, потекла долой, залив огромные запасы провизии и пахотные поля в сельской местности. Наводнения были страшными – бедствие 1995 года не имело прецедентов за последнюю сотню лет, по тяжести своих последствий. Ущерб, нанесённый водой, был закреплён теми самыми оползнями – горная инфраструктура пострадала неимоверно: целые посёлки и уезды были намертво изолированы. Предоставить помощь пострадавшим от гуманитарного бедствия было невозможно. Сбежать, установить связь – аналогично. Казалось бы, не может быть хуже? Да, лишь казалось.


Синыйджу. Это некогда было сельскохозяйственным полем.

Как известно, в КНДР атомная энергетика тогда только начинала набирать обороты, и здесь речь идёт как о военном, так и о мирном атоме – львиную долю электричества производили именно тепловые электростанции, которые извлекали теплоту из угля. А угольные шахты, откуда этот уголь добывали, были залиты подчистую (привет, старые фото ночной КНДР из космоса). Тщетные попытки частично парализованной, существенно ослабевшей, обескровленной финансовым дефицитом государственной машины напоминали скорее предсмертную агонию. Разумеется, эффективность её работы была соответствующая. Прошёл лишь год, и на не успевшую даже ликвидировать последствия первого наводнения страну, свалилось ещё одно, ни разу не менее разрушительное, со всеми вытекающими, повторившими сценарий 1995-го.


Синыйджу. Это некогда было сельскохозяйственным полем

1997-й же год не был особенно милее – он ознаменовался страшной засухой, которая, вроде как, должна была вбить последний гвоздь в гроб полуживой Северной Кореи, где уже третий год было невозможно собрать даже самый бедный урожай. Во всяком случае, так считали к югу от 38-й параллели. Обычно, в международном сообществе, принято помогать разбираться с этими последствиями, отправлять гуманитарную помощь, но для КНДР, которая, казалось бы, должна была рухнуть и влиться в состав своего капиталистического виз-а-ви, подобно ГДР, сделали исключение. Сеульское правительство «навострило» своё т.н. «Управление пяти северных провинций», для того, чтобы наконец установить желанную заявленную в 1948-м году юрисдикцию над северными территориями, от которых, в отличии от Пхеньяна, никто не отказывался. По их мнению, если не произошло свержение режима в конце 80-х, как в Центральной Европе, то уж точно должно состояться сейчас доведённым до ручки народом. В этой связи, Южной Корее было выгодно не предпринимать никаких действий, для того, чтобы помочь соплеменнику поправить положение, не говоря уж о том, чтобы привести этот кошмар в порядок.


Синыйджу. Это некогда было сельскохозяйственным полем

Как результат, РК и Япония ограничились самым минимумом поставок, поставив галочку в клеточке и выжидая момента, когда пропагандистская сторона этого хода принесёт политическую выгоду и северокорейцы запылают желанием смести собственную власть. Но ничего этого не произошло – экономика начала преображаться, положение потихоньку исправлялось то государством, то собственными силами граждан. Ким Чен Ир, которого международное сообщество всерьёз не воспринимало, хоть и был из рук вон плохим дипломатом и посредственным финансистом, оказался действительно топовым кризис-менеджером. Действительно, опираясь исключительно на собственные силы, сообща со всеми гражданами, которые построили абсолютно новую экономическую систему на обломках старой, он сумел прекратить этот ужас. Во время этих бедствий погибло от 240 до 600 тысяч людей, преимущественно, от болезней, которым не могли сопротивляться ослабевшие от недоедания и голода организмы.


Пхеньян, люди оставшиеся без крова получают новую одежду из коробок с гуманитарной помощью из Японии.

Политический штамп стал былью – первый шаг в воплощении ценностей «чучхе» был совершён в сопровождении могильного холода. Эти мрачные времена и получили в северокорейской пропаганде название «Трудный поход».

P.S. Фото, к сожалению, древние - были выгружены в Интернет в том самом 1995-м, поэтому разрешение такое отвратное. Прошу извинить.

Записки о Корее || 조선 패사 - Виктор Станков

Subscribe
promo karhu53 april 26, 2013 01:35 5
Buy for 20 tokens
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments