Карл Кори (karhu53) wrote,
Карл Кори
karhu53

Памяти советского офицера - великого Эрнста

Оригинал взят у nikolay_suslov в Памяти советского офицера - великого Эрнста




Эрнст Неизвестный о жизни и о себе... (из последнего интервью)

О фамилии

- Остроты на предмет фамилии меня не то чтобы оскорбляют, но кажутся пошлыми: «Известный Неизвестный» в заголовках... Это как с детства помню безобидную дразнилку: «А теперь извлекаем квадратный корень из... Неизвестного!» И все: «ха-ха-ха».

О предках - русский или еврей?

- Папа был белым офицером, служил у Антонова. Так после революции и за меньшее расстреливали. Вот он и сменил окончание с «Неизвестнова» на «Неизвестного». Неизвестновы - древняя сибирская фамилия, принадлежала обычно бандитам, убежавшим из тюрем, каторжанам, беглецам, примкнувшим к яицкому казачеству. В Челябинске, вроде, раскопали моих предков на много лет вглубь, но... очень возможно, что деды мои вышли из кантонистов. Крестили ребят семи-восьми лет из еврейских семей и давали нелепые фамилии: Беспрозвановы, Непомнящие, Неизвестновы...

О войне, как участник Великой Отечественной

- Война прошла как сюрреалистическое видение, и стройно рассказать о ней нельзя. Виктор Некрасов писал о позиционной войне; я застал войну наступательную, поэтому описать коллектив или отдельные характеры нет возможности: люди умирали быстрее, чем ты узнавал их имена. Не люблю этих воспоминаний, но и на моем счету 16 убитых фашистов при очистке ходов сообщения... Я не убивал ножом или штыком; граната, автомат. Бой лицом к лицу.

Две похоронки

- А ещё меня похоронили досрочно. Вся эта история до сих пор выглядит неправдоподобно; я был очень серьезно ранен. К тому же - шок. Лежал в гипсе. У меня зафиксировали клиническую смерть. Врач делал обход, а за ним шел бюрократ и ставил «галочку». Умер. Санитары поднесли тело к лестнице, ведущей в морг. Но решили не спускаться, а просто взяли и сбросили. Гипс лопнул. Я очнулся от адской боли и закричал. Меня реанимировали. Но документы о смерти уже ушли. И вскоре... моя мама получила похоронку. А папа в то время был военным врачом, он запросил через свои связи в военкомате, мол, перепроверьте. Ну и прислали... вторую похоронку!? Тогда отец меня похоронил. А мама не верила. Вот что значит материнское чутье! Ждала меня...



О развале СССР

- Развал советской империи я воспринял как личную трагедию. Потому что ни моего друга Мераба Мамардашвили, ни Данелия, ни Адамовича не мог считать «жителями иностранного государства». Да, мне был чужд утопизм коммунистической идеологии, ведший к человеческим жертвам. Поэтому, когда возник простой черно-белый выбор «Ельцин или коммунисты», - разбираться ни в чем и не нужно было. Выбор был сделан независимо от оценок личности и программ, которых я не знал: хотя бы не проливать кровь...
Но я не «павловская собака», которая на клише, особенно политическое, делает стойку. Мне не надо внушать «преимущества одного строя перед другим». История показывает, что были очень неплохие авторитарные образования (де Голль, Аденауэр) и безумно фальшивые парламентские республики; прелестные монархии и омерзительные демократии...
Я - русский офицер. А это - навсегда. И я склонен отдавать предпочтение конкретным и волевым решениям. Это вошло в кровь. Это завязано с моей сутью монументалиста, ибо монументальная скульптура - дело имперское!


Скульптуру «Сквозь стену», привезенную из США, Эрнст Неизвестный подарил Борису Ельцину

О месте в искусстве

- Допустим, я - классик. Обо мне вышло шесть книг, и не в России, увы, они вышли. По счастью, разночтения искусствоведов не дают мне возможности попасть в бытовую систематику потребителя. А то иным только и важно узнать, кто ты - импрессионист или экспрессионист. Мертвечина. Я не мог адаптироваться, потому что сама форма существования в любой группе меня не устраивает. И таким образом я стал аутсайдером. Причем абсолютным. В этом есть недостаток, поскольку я одинок. И это бьет по карману, ведь все выставки устраиваются по принципу принадлежности к группировкам. Оп-арт? Поп-арт? Нет. Я - Эрнст Неизвестный. Такой группировки нет. Хотя подражателей - пруд пруди.
Мой друг Генри Мур писал, что «дыра дает ощущение трехмерности, даже если мы не обходим вокруг». «А какая у вас идея?» - спросил он у меня. Я ответил в письме: «У меня дыра в скульптуре потому, что у меня дыра в теле. Нет ребер после ранения». И он совершенно гениально определил: «Значит, я - классик, а вы - романтик». Вот так...

О памятнике Хрущеву

- Родственники Хрущева посещали меня, но ничего не советовали, помня о договоре. Выламывали руки именно официальные инстанции... Что-то их настораживало. Ведь были выделены очень маленькие деньги: всего лишь на плиту с надписью... А семья решила сделать надгробие. Но официальщина того не хотела. Посохин и его заместитель начали буянить, протестовать, а монумент-то уже готов... Тогда я сказал им следующее: «Я понимаю, что, если бы «сверху» было запрещено, вы бы просто сказали «нет», сославшись на «верха». А поскольку вы, как шулера, все время тасуете карты, какие-то комиссии назначаете, значит, вам прямого приказа нет и вы просто перестраховываетесь. Потому что боитесь!» Они ответили: «Да».
Я поступил очень решительно, даже немножко шантажируя... Сказал им: «Если вы, ребята, царедворцы, так подите и спросите разрешения». Они отвечают: «Мы бессильны. «Наверх» идти не можем». Тогда Нина Петровна, жена Хрущева, взяла мой рисунок и сама пошла к Косыгину — второму человеку после Брежнева. Это заняло 10 минут. Косыгин посмотрел: «А что я буду решать? Семье нравится?» — «Нам очень нравится». Он взял и подписал... все архитектурные начальники города плясали от радости, они были более счастливы, чем я...



О финале жизни

- Теперь я чувствую, как энергия уходит внутрь. Меня оставила идея расширения. Когда был совсем ребенком, хотел Уральские горы превратить в скульптуры. Помню, как это представлял себе: в одной горе видел Кентавра, в другой — огромное лицо женщины, в руках которой растут живые ели... В детстве столь естественно стремление к гигантизму, ведь каждый ребенок - Гулливер, равно как и художник. А что теперь...

- В Англии давно в моде так называемые экологические похороны. Человека закапывают, на его месте сажают розовый куст или дуб. Идея красивая, и мне она ближе всего. Растворение в Мировом океане. Возможно, я хотел бы, чтобы меня похоронили так же. Или развеяли пепел по ветру. У меня нет решения. Это позже будет вписано в моё завещание...



Оригинал взят у tverdyi_znak в Эрнст Неизвестный: я никогда в жизни не шел на компромиссы

Помянем Великого Неизвестного:
Офицера и Художника русского...
Subscribe
promo karhu53 april 26, 2013 01:35 5
Buy for 20 tokens
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments