Карл Кори (karhu53) wrote,
Карл Кори
karhu53

Последняя сказительница былин.

Автор - Александр Чашев.

Успели исследователи, застали в живых знатоков, хранителей народной культуры, «сказителей», как их называли на Севере. Былины ими «пропевались» или «сказывались». По наследству передавалось их знание, приёмы, способы пения, обогащавшиеся новыми красками за счёт дара импровизации исполнителей. Немногочисленно было их племя. Жила старина изустная, теплилась лампадками лишь в отдалённых уголках Поморья,  расположенных в давние времена на путях-маршрутах его заселения. По ним шагали скоморохи в одиночку и ватагами, веселили народ сказками, песнями, прибаутками,  слезу вышибали былинами. На души ложились те старины, детям, внукам пересказывались, а те уже дальше в лес времени их несли.

Великолепной памяти требовало исполнение высочайшей миссии сохранения и передачи отцова наследства,  воплощённого в Слове.

Марфа Крюкова из беломорской деревни Нижняя Золотица, коротавшая век бобылкой, «награждённая» при жизни односельчанами прозвищем Марфа-вралья,  помнила наизусть восемьдесят тысяч стихов, от неё записано четыре тысячи страниц былинного текста.

Зачастую на долю одиноких, неприкаянных, отрекшихся от благ материальных,  «не от мира сего» людей выпадало служение Слову.   Воистину  Бог посылает страдания избранным.

Владимир Личутин о них: «Сказитель поморский, певец, - обычно немощный человек, неспособный к долгим переходам, и потому он странствователь, калика перехожий в памяти своей. Но память у него вселенская и жалость таковая же: он как бы имеет невидимые крыла, которые высоко вздымают певца, и он далеко обозревает землю, скрытыю за толщей времени» (В.Личутин, «Душа неизъяснимая», М., 1989).

Кусочнила, побиралась до последних дней земной жизни другая северная сказительница – Марья Кривополенова, жившая в пинежской деревне Шотогорке. За крохотный рост Махонькой её прозвали. Открыл её дар в 1900 году А.Д.Григорьев, путешествующий по Архангельскому северу. Повезло ему записать от Махоньки старину «Вавило и скоморохи». Уникальна эта запись былины тем, что другие её варианты науке неизвестны. Напела она ещё 12 былин и 5 духовных стихов. Наши далёкие предки запели её голосом.


На верхнем левом снимке – Мария Дмитриевна Кривополенова. Фото 1915 г.
На верхнем правом снимке – «Пинежская мадонна». Женщина из народа в северном наряде. Снимок http://sanatatur.ru/forum/viewtopic.php
На нижнем снимке – картина В.Ф. Стожарова «Село Шотова гора», 1963 г. с сайта художника http://www.stozharov.com/?id=59&lang


В 1915 году Марию Кривополенову встретила собирательница фольклора О.Э. Озоровская, совершившая в 1914-1927 годах несколько экспедиций на север.

Вот как она вспоминала об этом событии: «Утренний сон, когда в открытую дверь жаркой горницы тянет с повети холодок, так сладок. Послышалось, будто старческий голос поёт что-то, и приснился прекрасный сон о сказительнице былин. Да нет – не сон. У Прасковьюшки кто-то сидит и поёт. Срываюсь с постели и слушаю под дверью. Былина! Былина! Поглядываю: на лавочке крошечная сказочная старушонка поёт с увлечением “О Кострюке, сыне Демрюкове” поёт и прерывает горячими пояснениями и заливается счастливым смехом артиста, влюблённого в своё творчество» (О.Э.Озаровская 1915b: № 146).

В сентябре 1915 года Озаровская вывозит Кривополенову в Москву на гастроли. В журнале «Искры Воскресенья» от 11 октября 1915 года содержится отчёт о выступлении двух артисток: «Вернувшаяся из поездки по Северу О. Э. Озаровская привезла с собою в Москву сказательницу былин, старушку М. Д. Кривополенову, 26-го сентября в переполненном публикой Большом зале Политехнического музея М. Д. Кривополенова пела старинные былины скоморошины, заученные ею с голоса еще от своего столетнего деда, и покорила москвичей. Перед успехом маленькой сухенькой старушки в расписных валенках и пестром платочке померк успех даже О. Э. Озаровской, удачно с подлинным юмором передавшей несколько былей и сказок, записанных со слов северных сказочников».

В 1915-1916 годах «бабушка» выступала в Петрограде, Твери, на Украине, Кавказе, дав более 60 концертов. Публика принимала её с восторгом.

Архангельская писательница К.П.Гемп, побывавшая на одном выступлении, так отозвалась о нём:  «Все зримо, каждый жест идет в ряд со словом. Голос ее поражал глубиной, силой и музыкальностью, было в нем что-то от органа. Это голос большой певицы. Интонации у нее тонкие, иногда только намек, но есть и выразительный акцент, и выдержанная, многозначительная пауза. При выступлениях поддерживала связь со слушателями, рукой им помахивала, широко улыбалась, нет-нет и какое-то словечко бросит мимоходом. Память у нее была удивительная. Обычно стародавнее, то есть былины и исторические песни, она пропевала, сохраняя всегда один текст, дословно, как запоминала „с давешних пор“». (К.П.Гемп «Сказ о Беломорье», М., 2004, с. 219-220).

Родилась сказительница в 1843 году в деревне, расположенной в давние времена на «бойком месте». Усть-Ёжугой она называлась, поскольку располагалась в устье речки, впадающей в Пинегу. Не миновать её путникам, идущим в Мезенские, Печорские, Югорские и Сибирские земли. По речке той они поднимались вверх, по волоку попадали в Зырянскую Ёжугу, текущую в Вашку, та впадала в Мезень. Затем Печора и т.д. На обратном пути вновь деревня Усть-Ёжуга. А там отдых, скоморохи, песни, сказки, былины.

В маленькой избушке жила бедная семья: мать, четверо детишек, да бабка со столетним дедом. Повидал Никифор Никитич Кабалин многое и многих. Пока в силе находился, на Белом море зверя морского бил. Оттуда мог прозвище своё принести. И россыпи жемчуга словесного.

КабАльными на севере назывались морские  промыслы, участники которых отрабатывали долги перед состоятельными купцами или монастырскими властями за полученные ранее на прокормление семей ссуды, а также за невыплаченные подати. КабАльными именовались и бесправные промышленники, в число которых попадали и баюнки – наследники скоморохов.

Из какого роду-племени был Никифор - неизвестно. Может, из скоморохов. Знал он сотни былин, старин, песен, пословок, посмешек, плачей, присловок, четвертушек. Приняла это богатство внучка Машенька. С десяти лет побиралась она, замуж в Шотогорку за непутёвого бедняка отдана была,  милостыню вновь по деревням просила. Платить за «кусоцьки» лишь песнями могла.

Ольга Озаровская обращаясь к ней сказала: «Да здравствуют скоморохи! Не забыть мне твоей, Марья Дмитриевна, скоморошей погудки. Помнишь и Кузьма с Демьяном ходили по Руси радостными скоморохами, разделяя встречных на добрых и злых. Кто полюбил скоморохов, тот полюбил святых».

События 1917 года перечеркнули жизненные планы многих людей. Вернулась на Пинегу народная сказительница, христорадничала на родной земле.  В чужом дому умирала, перед смертью былину запела. Скончалась она 2 февраля 1924 года в деревне Веегоры, похоронена в деревне Чакола.

Другой певец Поморья, инок по жизни,  Борис Шергин, лично знакомый с «бабушкой», написал: «Русский Север — это был последний дом, последнее жилище былины. С уходом Кривополеновой совершился закат былины и на Севере. И закат этот был великолепен». (Б.Шергин «Изящные мастера: поморские былины и сказания», М., 1990).
Оригинал взят у marafonec в Последняя сказительница былин.Источник
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 30 tokens
« Избранному Главе Республики Башкортостан Радию Хабирову понравится, что выиграл Ишимбайский мёд, ведь он родился в этом районе!» Место действия: Канада. Краткое содержание предыдущих медовых войн: Началась эта история давно, еще при царе горохе, но рассказываю ее сейчас, когда…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments